Philadelphia New Jersey Baltimore Washington, D.C.
Vital Connections.Inc
215-354-0844
Vc.inc@aol.com
1051 County Line Rd., Unit 112, Huntingdon Valley, PA 19006

Аферы

Дело о фальсификации

Подделка оригинальных произведений искусства давно стала большим бизнесом. Если кому-то однажды удастся его искоренить, мировой арт-рынок ждут тяжелейшие последствия, а если выявить все "фальшаки", многие частные и музейные коллекции обесценятся.

Этрусские панталоны

Художники во все времена копировали произведения своих предшественников, но в этом обычно не было ничего криминального. Роскошные виллы римских аристократов были заставлены копиями известных греческих скульптур, но никому из римлян не приходило в голову умалить их ценность по признаку подлинности, ведь эти фигуры делали из такого же мрамора, прилагая при этом столько же усилий и таланта, сколько требовалось для создания оригинала. Культ аутентичности сформировался позже — в средние века, когда по всей Европе распространилось почитание мощей. Считалось, что мощи святого могут творить чудеса, в частности исцелять от разнообразных недугов, тогда как кости простого смертного на такое были не способны. Поэтому паломникам было далеко не безразлично, чьи бренные останки оказались в золоченой раке. Тогда-то и появились первые изготовители фальшивок, наловчившиеся выдавать кусочки костей, обрывки ткани и прочие подобные объекты за чудотворные реликвии.

Фальшивые мощи шли нарасхват. В церквах и монастырях Европы были выставлены шесть голов апостола Андрея, 12 голов Иоанна Крестителя и 26 голов святого Юлиана, не говоря уже о более мелких частях тела. В одном из храмов прихожанам показывали мозг апостола Петра, который на поверку оказался куском пемзы. Рукотворных объектов, связанных с библейскими сюжетами, было и того больше. Достаточно сказать, что верующие имели возможность поклониться двум сотням гвоздей, с помощью которых был распят Спаситель. В эпоху Ренессанса внимание образованных людей переключилось со святых реликвий на предметы античного искусства, но отношение к ним осталось прежним. Богатые меценаты были готовы платить хорошие деньги за древние скульптуры, вазы и монеты, но не проявляли щедрости в отношении современных им художников, которые были способны создать произведение, не уступавшее античным аналогам. Вскоре художники придумали, как бороться с такой несправедливостью.

В 1496 году молодой и никому не известный скульптор по имени Микеланджело Буонарроти изваял спящего купидона, ничем не отличавшегося от античных образцов. В те годы начинающий ваятель думал больше о деньгах, чем о славе, и потому решил продать свое творение под видом древней статуи. Будущий титан Возрождения закопал купидона в землю с высоким содержанием окисляющих веществ, а когда выкопал, скульптура выглядела так, будто пролежала под землей несколько веков. Микеланджело продал купидона торговцу антиквариатом Бальдассаре дель Миланезе, а тот, в свою очередь, перепродал его кардиналу Рафаэлю Риарио. Кардинал сумел распознать подлог, вернул дель Миланезе скульптуру и потребовал назад свои деньги. И все же Риарио был настолько восхищен талантом молодого скульптора, что позволил Микеланджело сохранить свою часть гонорара и даже пригласил его в Рим. В общем, блестящая карьера великого скульптора началась с фальшивки.

Во второй половине XV века начал складываться европейский рынок произведений искусств. Первыми центрами этой торговли стали Флоренция и Брюгге, причем если во Флоренцию ехали за памятниками античности, то Брюгге специализировался на произведениях современных авторов. Спрос на их работы постоянно рос, и вскоре признанные мастера Возрождения стали замечать, что их картины подделывают никому не известные живописцы. Альбрехт Дюрер был крайне раздосадован тем, что безымянные подражатели не только начали копировать его стиль, но и научились подделывать его подпись. На одной из своих работ Дюрер сделал надпись: "Пусть будут прокляты те, кто копирует и ворует чужой труд и талант". Но никакие проклятия правообладателей не могли остановить производителей фальшивок, ряды которых постоянно пополнялись.

В XVIII веке, когда важнейшим центром арт-рынка сделался Лондон, стало окончательно ясно, что покупатели ориентируются не столько на эстетические достоинства произведения, сколько на авторство. В 1742 году в британской столице прошел первый крупный аукцион предметов искусства, в ходе которого была распродана богатейшая коллекция графа Оксфордского. Дешевле всего была оценена картина неизвестного художника — за нее заплатили пять шиллингов. Зато за картину кисти ван Дейка дали 165 гиней, то есть в 693 раза больше. Тогда и родился самый простой способ фабрикации подделок — нужно было всего лишь выдать работу неизвестного мастера за произведение кого-то из знаменитых. Именно так поступил английский художник Уильям Сикс, который в начале XVIII века продал герцогу Девонширскому картину безымянного фламандского живописца, выдав ее за работу Яна ван Эйка.

Постепенно развивались и более изощренные методы создания фальшивок. Иногда художник брал старинную картину малоизвестного автора и слегка переделывал ее так, чтобы она казалась похожей на более ценное произведение. В XIX веке особенной популярностью стал пользоваться метод стилизации. Создатель фальшивки брал образы из нескольких картин и объединял их на одном холсте. Иногда получалось довольно убедительно. Так, неизвестный живописец XIX столетия создал новый шедевр Ганса Гольбейна-младшего, творившего в XVI веке. Когда-то Гольбейн написал "Портрет 28-летнего мужчины" и "Портрет 54-летнего мужчины", на которых изобразил похоже одетых людей, сидящих в похожих позах. Автор фальшивки создал портрет, на котором "молодость знала, а старость могла" — соединил голову 54-летнего с телом 28-летнего. Иногда стилизаторы совмещали на одном полотне элементы картин разных художников. Один умелец, например, создал картину за голландского живописца XVII века Томаса де Кейзера, использовав персонажей Говерта Флинка и Фердинанда Боля, благо оба они жили в ту же эпоху и в той же стране. "Портрет ребенка" Флинка соединился с "Портретом дамы" Боля, и в результате получись "Мать и дочь" де Кейзера.

В XIX веке художественная экспертиза находилась в зачаточном состоянии, тогда как методы создания фальшивок были уже довольно продвинутыми. Художники и коллекционеры знали, что с годами полотна темнеют и покрываются трещинами-кракелюрами, и производители фальшивок научились делать искусственные кракелюры, обрабатывая свои работы особым лаком и высушивая их на солнце. Потемнение красок и вовсе было им на руку, ведь чем хуже виден рисунок, тем труднее разглядеть изъяны искусно состаренного новодела. В итоге изготовители подделок крайне редко попадались.

Большая часть фальшивок XIX столетия была выявлена лишь в ХХ веке. Так, в 1929 году директор нью-йоркской Библиотеки Моргана понял, что драконоподобное чудовище тараск со средневековой картины "Св. Марта, приручающая тараска" срисовано из книги, вышедшей в 1877 году. Неизвестный автор был прозван искусствоведами "Испанским подделывателем". Вскоре в разных музеях мира были обнаружены 46 работ этого, безусловно, талантливого имитатора.

Иногда подделку выдавала сама техника ее исполнения. К примеру, специалисты из Лувра с удивлением выяснили, что отверстия в деревянном триптихе XIII века, с помощью которых стыкуются его части, выполнены дрелью. Случалось, что подделку распознавали, обратив внимание на какую-нибудь неприметную деталь. В Британском музее до 1935 года стоял великолепный этрусский саркофаг VI века до н. э. со скульптурным изображением полулежащих мужчины и женщины. Специалистов удивляло, что мужчина обнажен, что совершенно нетипично для этрусской скульптуры того периода. Подвергнув памятник более пристальному изучению, они обнаружили, что женщина изображена в панталонах, подобных тем, что носили дамы XIX века. После этого саркофаг пришлось убрать из экспозиции.

Ван Гог из Советской России

Существовал надежный способ отличить копию от оригинала. Талантливый художник в порыве вдохновения наносит смелые мазки, тогда как старательный подражатель обычно выводит каждую деталь с крайней осторожностью, переходящей в робость. Уровень мастерства имитаторов вообще чаще всего оставлял желать лучшего. Исключение составляли единицы, таким был итальянский художник Альчео Доссена, творивший в конце XIX — начале ХХ века. Доссена блестяще имитировал стиль античных, средневековых и ренессансных авторов. Он умел писать, как Симоне Мартини, и ваять, как Донателло, но ему и в голову не приходило, что он творит что-то незаконное. Доссена не делал тайны из своего ремесла и считал, что его оценят именно как мастера стилизации. Его талант по достоинству оценил арт-дилер Альфредо Фазоли, который скупал работы художника, а потом перепродавал их музеям и коллекционерам под видом подлинников. Ни один эксперт не мог обнаружить подлога, пока в 1928 году Доссена не обнаружил, что его работы выставляются в музеях в качестве шедевров Ренессанса. Художник был крайне возмущен, ведь Фазоли покупал его работы по $200, а продавал во много раз дороже. Алкео Доссена подал в суд и выиграл процесс, получив компенсацию в размере $66 тыс. Окрыленный судебным успехом, Доссена решил устроить свою выставку в нью-йоркском музее Метрополитен, но в Америке его ждало горькое разочарование. В эпоху торжества авангардного искусства его великолепные стилизации были никому не интересны. В 1933 году многие работы художника были распроданы с аукциона, а в 1937-м Алкео Доссена умер в нищете.

Между тем не столь искусные имитаторы стремились подражать образцам более современного искусства, резонно полагая, что воспроизвести, например, Винсента Ван Гога гораздо легче, чем Рафаэля. Но даже это у них не всегда выходило. В 1928 году в Берлине открылась крупная выставка работ Ван Гога, на которой должны были быть представлены несколько никогда не выставлявшихся полотен мастера. Неизвестного Ван Гога помог открыть арт-дилер Отто Вакер. Его история по тем временам звучала достаточно правдоподобно: по словам Вакера, картины были привезены в Европу неким русским эмигрантом, пожелавшим сохранить инкогнито. Вновь обретенные шедевры были вывешены рядом с хорошо известными работами Ван Гога. Тут-то и начались проблемы.

Кураторы выставки Грета Ринг и Вальтер Файльхенфельдт заметили, что картины, присланные Отто Вакером, значительно уступают по художественным достоинствам другим работам Ван Гога. Разразился грандиозный скандал, и Вакер был привлечен к суду. Картины Ван Гога проверяли и перепроверяли. Их сравнивали одну с другой, просвечивали рентгеном и призывали на помощь все новых экспертов. Под подозрение попали 33 вангоговских картины, в разное время проходившие через руки Вакера. Эксперты так и не пришли к солидарному мнению, а иные меняли точку зрения несколько раз. Одни считали, что все 33 работы — подделка. Другие полагали, что некоторые все же подлинники, хоть и не слишком удачные. Точку в затянувшемся споре поставил племянник художника Винсент Виллем Ван Гог, заявивший на суде, что ни один русский не покупал картин его дяди. Суд взыскал с Отто Вакера 30 тыс. рейхсмарок и отправил его в тюрьму на 19 месяцев.

Окончание следует

A>Кирилл Новиков

Ваши комментарии